Битва за Портленд: что происходит в городе

Язык:

Портленд, штат Орегон оказался в центре внимания в США после того, как появились и завирусились видео, где федеральные силовики похищают активистов и сажают их в арендованные микроавтобусы. Эти кадры были сняты рано утром 15 июля. 16 июля была опубликована статья  Oregon Public Broadcasting, и эти новости вышли за пределы активистских кругов Портленда и привлекли общенациональное внимание.

Пока я пишу эту статью, представители мейнстримных СМИ десантируются в Портленд, чтобы освещать события, которые некоторые окрестили «фашистской оккупацией Портленда». В тренды Твиттера вышло слово «Гестапо».

Похищение, заснятое 15 июля, произошло не в вакууме. Как отмечали другие местные корреспонденты, это стало логичным завершением более чем шести недель эскалации государственного насилия против в основном мирных демонстрантов. Я был на улицах Портленда, документируя это движение, с самого начала беспорядков. Прежде чем из федеральных СМИ хлынет поток новостных материалов, основанных на первых нескольких часах пребывания журналистов в городе, я хотел бы объяснить, что происходит:

местные и федеральные правоохранительные органы ведут войну с населением Портленда.

Начало

По разным данным, протесты в Портленде, продолжающиеся уже 50 с лишним дней и ночей, начались либо 27 мая, когда группа активистов, называющая себя «Молодежный фронт освобождения», оккупировала ступеньки перед Центром правосудия, или 29 мая, когда в Портленде прошли первые крупные протесты по поводу убийства Джорджа Флойда. Вечер 29 мая начался с крупного мирного митинга в парке Пенинсула в районе Северный Портленд. Несколько тысяч жителей Портленда собрались в парке и прошли 4,1 миль, присоединившись к протестующим, оккупировавшим ступени перед Центром правосудия.

В Центре правосудия округа Мултнома находится штаб начальника Бюро полиции Портленда и городская тюрьма. К этому времени «Молодежный фронт освобождения», члены которого описывают себя как «несколько стай диких подростков» оккупировал ступени Центра правосудия немногим менее трех дней. Ночью 28 мая они подверглись рейду полиции, однако по большей части до 29 мая присутствие полиции было минимальным.

Пока тысячи жителей Портленда шли из парка Пенинсула, у Центра правосудия собралась толпа в несколько сотен человек. Полиции нигде не было видно. В какой-то момент подъехал чернокожий мужчина на веломобиле и включил песню Сэма Кука «It’s been a long, long time coming». Начались танцы:

В 22:35 по местному времени толпа пошла от центра правосудия на центральные улицы Портленда и через несколько минут объединилась с толпой из парка Пенинсула. Вместе обе группы вернулись к Центру правосудия и окружили его.

Незадолго до 23:00 несколько десятков протестующих начали бить окна Центра правосудия. Они вошли в здание, стали громить интерьер и поджигать случайные объекты. Я наблюдал за этим всем буквально с пары метров, и по моему мнению, эти разрушения не были запланированы, однако они были практически неизбежны — это можно было понять по настроению толпы. В Миннеаполисе только что сожгли 3-е отделение полиции. Портленд никак не мог не попробовать сделать то же самое.

Разумеется, представители PPB (Portland Police Bureau) прибыли на место в скоре после этого. Далее произошел один из наиболее джентльменских моментов за всё время противостояния: полиция призвала уйти тех, кто пришел с семьями и собаками. Значительная часть демонстрантов отправились домой. Тысяча или более протестующих сомкнули ряды и стали кричать на полицию. Немногим позже полуночи полиция запустила в толпу первую из сотен газовых гранат.

Толпа рассеялась, полиция толкала их сразу в нескольких направлениях. Они разделились на несколько групп. Одна из них прошлась по располагавшимся в центре города банкам, разбивая окна и устраивая поджоги, пока они убегали от полицейских. Еще одна, более многочисленная группа протестующих прошлась по кварталу фешенебельных магазинов, разгромив магазины Apple, Louis Vuitton, H&M и в конце концов Target. Остаток ночи был заполнен газом, вспышками светошумовых гранат и чадом горящих баррикад.

Полиция Портленда заявила, что за последние пятьдесят дней имело место более десятка случаев массовых беспорядков, однако 29 мая — единственная ночь, когда было очевидно, что беспорядки устроили именно жители Портленда.

Плохие выходные

В «Ночь беспорядков» мэр Портленда Тед Уилер не был в городе. В 11:49, менее чем через час после начала беспорядков, он написал гневный твит, в котором обещал вернуться и грозил тем, кто «разрушали его город».

Рано следующим утром Уилер объявил чрезвычайное положение и ввел по всему городу комендантский час с 20:00. На следующий день, в субботу, перед Центром правосудия собрались более тысячи протестующих. С 18:00 они оккупировали перекресток 3-й Стрит и Мейн Стрит, который находится между Центром правосудия и зданием Федерального суда. Полиция в основном держалась позади Центра правосудия примерно до 18:50, когда группа из четырех активистов уселись посреди перекрестка 2-й стрит и Мейн стрит.

Полицейские быстро вытолкнули демонстрантов с перекрестка, а затем оккупировали его сами, так что он остался так же недоступен для транспорта, как и когда его оккупировали протестующие. Группы протестующих стали приближаться к полиции и ложиться перед их строем:

 

 

Ситуация резко приобрела насильственный характер. Полицейские начали поднимать людей с земли, а затем двинулись в толпу позади, тыкая их дубинками. Наконец, около 18:58 полицейские стали бить людей. Толпа поначалу отступила, но затем сомкнула ряды и остановилась, размахивая протестными плакатами перед лицами офицеров. Полицейские несколько раз махали дубинками в сторону протестующих, заставляя тех отступить, а затем бросились в толпу, раздавая удары направо и налево, причем доставалось даже лежавшим на земле. В какой-то момент полицейский, потерявший дубинку, бросился в толпу и стал избивать митингующего руками в перчатках.

После этого полиция Портленда приказала толпе покинуть проезжую часть и отойти в парки. Затем они стали запускать слезоточивый газ, накрыв им территорию парков. Досталось и десяткам ни в чем не повинных автолюбителей, которым не повезло оказаться в этом районе центра.

Протесты вновь продолжались в течение нескольких часов. В итоге толпу преследовали до набережной, где ее разогнали завесой слезоточивого газа. Тысячи жителей Портленда видели события этого вечера на трансляциях, которые вели различные журналисты. На следующий день, в воскресенье 31 мая, они вышли на улицы, чтобы выразить свое недовольство. В парке Лорелхёрст собралась огромная толпа митингующих в 7000-10000 человек.

К моменту, когда толпа двинулась, они все уже нарушали комендантский час. Однако столько человек сразу арестовать было невозможно, и полиция держалась на расстоянии в течение практически всего шествия. По-видимому, в какой-то момент, когда толпа двинулась по мосту Бернсайд в центр города по направлению к Центру правосудия, полицейские запаниковали. Несколько автомобилей, набитых полицейскими, рванулись блокировать мост. Однако, разглядев, насколько большая была толпа, они повернули назад.

В итоге толпа все же добралась до Центра правосудия и окружила его. За этим последовало многочасовое напряженное противостояние. Активисты потребовали, чтобы полицейские сняли защиту, затем просили их встать на одно колено [жест протеста против расизма и жестокости полиции, популяризованный чернокожим игроком НФЛ Колином Каперником — прим. перев.]. Полицейские не реагировали. В конце концов толпа рассосалась настолько, что полиция решилась на разгон. Вечер кончился тем, что маленькие группки протестующих убегали по улицам, преследуемые полицейскими, которые высовывались из автомобилей и беспорядочно стреляли во все, что видят. В общем, вечер выдался хреновый — другими словами не описать.

Круговорот насилия

После этих первых ужасных выходных ситуация в Портленде стала если не стабильной, то по крайней мере предсказуемой. В понедельник, 1 июня, еще один крупный митинг, сравнимый по размерам с митингом 31 мая, собрался у концертного зала Революшн Холл ближе к географическому центру города. Толпа двинулась к Центру правосудия, однако к тому времени полиция отгородила его и здание Федерального суда от города огромным забором из металлической сетки.

Протест 1 июня резко отличался ото всех, проходивших до этого. У руля оказалась новая группа неопытных активистов, которые старались как можно больше говорить с полицией и избегать какой-либо конфронтации. Это им вполне удалось: толпа прошла по мосту Хоуторн, погуляла по центру города и вернулась к Революшн Холлу, не встретив практически ни одного полицейского.

С этого начался раскол в протестном движении штата Орегон. С одной стороны оказались умеренно-либеральные демонстранты, которые стремились избежать конфликта с полицией, устраивая «мирный протест». С другой стороны были более радикальные демонстранты, которые считали шествие 1 июня бессмысленным. После этого дня раскол между флангами движения только углублялся.

Более умеренные протестующие объединились в новую организацию Rose City Justice, которая продолжала устраивать массовые демонстрации в течение еще пары недель. Большая часть их маршей проходили примерно по такому же сценарию, что и 1 июня, хотя они несколько раз оккупировали участки шоссе. Им удалось избежать конфликта с полицией, однако их численность быстро сокращалась. 30 июня они объявили о прекращении ежедневных маршей.

Тем временем более радикальные элементы протестного движения стали собираться на ночные протесты у забора, отделявшего Центр правосудия и здание суда от остальной части города. Из-за моей шутки на трансляции его стали называть «Священный Забор». У забора теперь есть аккаунт в Твиттере.

С самого начала полиция очень жестко и насильственно реагировала на протесты у забора. 2 июня после еще одного массового митинга группы, которая впоследствии стала Rose City Justice, около тысячи активистов отделились от основной толпы и направились к забору. Они потребовали, чтобы им разрешили протестовать у Центра правосудия. Полиция применила нелетальное оружие и слезоточивый газ, вынудив их отступить.

Толпа неоднократно перегруппировывалась и продолжала попытки подойти к забору. В итоге полиция стала без разбору запускать гранаты, и толпа оказалась в котле из слезоточивого газа. Газа оказалось так много, что получившаяся в результате апокалиптическая фотография попала на разворот New York Magazine:

 

И вновь под слезоточивый газ попало множество стоявших в пробке автомобилистов. Некоторые из них временно ослепли, что привело к восьми искам с требованием запретить Бюро полиции Потртленда использовать слезоточивый газ.

Этот день, который стал известен как «Слезоточивый вторник», также стал первым, когда толпе в Портленде удалось неоднократно перегруппироваться после того, как полицейские обстреливали их газом и разгоняли. Один активист рассказал мне после особо массированного обстрела газом: «Страшно только в первый раз. Потом привыкаешь». Толпа у Священного забора стала приносить дорожные конусы, чтобы накрывать газовые баллоны, а также зонтики и щиты, чтобы отражать нелетальные боеприпасы. Они продолжали наступать на забор, в результате чего полиция была вынуждена его сократить до территории, непосредственно окружающей Центр правосудия и здание суда.

После этого ночные протесты вошли в предсказуемую колею. Толпы собирались вокруг забора и задирали полицейских, находавшихся внутри. В некоторые из ночей полиция решала начать использовать нелетальные боеприпасы и слезоточивый газ. В другие ночи они этого не делали. Каждый раз полиция оправдывала применение силы тем, что из толпы что-то бросали через забор: хлопушки, бутылки воды и однажды даже банку фасоли. А в другой раз, по-видимому, даже наполовину съеденное яблоко «Гренни Смит».

15 июня полиция Портленда убрала забор, поскольку ночные протесты у Центра правосудия поредели максимум до нескольких сотен человек. Центр правосудия стал местом паломничества для активистов, желающих вступить в конфликт с полицией. Примерно половина ночей заканчивалась насилием.

Однако во второй половине июля и в начале июля протестующие стали экспериментировать с тактикой. Некоторые небольшие группы активистов стали сносить статуи, начиная со статуй Томаса Джефферсона и Джорджа Вашингтона 14 и 18 июня. 25 июня, вдохновившись созданием Автономной зоны в Сиэтле, несколько сотен портлендских активистов попытались оккупировать Северное отделение полиции, однако их отогнали слезоточивым газом и дубинками. В какой-то момент полиция Портленда разбила окно машины протестующих и вытащила их наружу в облако слезоточивого газа.

После того. как толпу оттеснили от отделения полиции, они устроили огромный костер из мусора и с помощью него несколько минут препятствовали продвижению полиции.

По неизвестным причинам небольшая группа активистов двинулась к магазину косметики Mid-K Beauty Supply по соседству с полицейским участком и подожгла фанерные щиты, которыми были прикрыты его окна. Это было спорное решение, которое разозлило несколько человек в толпе. Когда полицейские двинулись вперед и начали применять слезоточивый газ, бОльшая группа активистов потушила огонь, прежде чем ретироваться.

 

На следующий день, 26 июня, несколько чернокожих общественных лидеров из Портленда сделали заявление, осудив протест у Северного полицейского участка. Один из них, пастор доктор Стивен Холт, назвал поджог магазина косметики «террористической деятельностью». Эта группа вместе с мэром Тедом Уилером провела пресс-конференцию перед сгоревшим фанерным фасадом Mid-K.

К концу июня в протестной культуре Портленда установился некий странный ритм. Протестующие каждый вечер собирались у Центра правосудия. Эти собрания иногда заканчивались полицейским насилием, а иногда — вечеринками. Несколько раз в неделю проходили митинги у Северного полицейского участка или штаб-квартиры Ассоциации полиции Портленда. Такие митинги часто рекламировались антифашистской группой «Молодежный фронт освобождения» — возможно, самой заметной организованной группой среди радикальных протестующих Портленда. Практически в любой день жители Портленда могли либо сходить на какой-нибудь мирный митинг, либо, если того пожелают, поучаствовать в стычках с полицией.

Битва в судах  

11 июня федеральный судья в Портленде ввел двухнедельный запрет на использование слезоточивого газа. Таким образом было частично удовлетворено ходатайство местной активистской группы «Не стреляйте в Портленд». По условиям «запрета» полиция Портленда могла применять газ только «для спасения жизни». Однако здесь крылась возможность обойти запрет. Массовые беспорядки по умолчанию считаются угрозой для жизни людей, поэтому полиция стала все чаще объявлять о массовых беспорядках, чтобы оправдать применение слезоточивого газа.

За пять дней с 30 июня по 4 июля Бюро полиции Портленда объявило о трех случаях массовых беспорядков. Обоснования этого часто были сомнительными. Например, 30 июня около трехсот человек прошли шествием, которое остановилось у штаб-квартиры Ассоциации полиции Портленда. Это местный профсоюз полиции. Хотя Ассоциация является частной организацией, городские власти, по-видимому, привлекают значительные ресурсы для ее защиты.

К тому времени, как демонстранты добрались до здания Ассоциации в районе Норс Портленд, оно было окружено строем полиции, а в резерве находилось множество полицейских автомобилей и бойцов полиции специального назначения. Сотрудники полиции штата Орегон, охранявшие здание с фасада, не имели идентификационных номеров или жетонов с именами. Через несколько минут после прибытия толпы полиция объявила о незаконном собрании и потребовала от толпы разойтись. Они обосновали это «криминальной активностью» в толпе, однако было непонятно, что имелось в виду.

В течение часа полиция (без серьезных оснований) объявила о беспорядках и начала обстреливать слезоточивым газом как толпу. так и район вокруг них. Местные жители не могли попасть в дома, некоторые остались на улице и попали в облако газа.

Несколько недель спустя, 14 июля. у штаба Ассоциации полиции Портленда собралась новая толпа. В этот раз о массовых беспорядках было объявлено после того, как сотрудник полиции выбил телефон из руки активиста и отправил его в полет по направлению к окну в здании Ассоциации. Телефон разбил окно, и полиция использовала это как основание для объявления о беспорядках и применения слезоточивого газа.

На полицию Портленда также подавали в суд за их обращение с местными журналистами. Представители прессы часто становились их целью во время демонстраций. Худшим днем для журналистов остается день первого протеста у здания Ассоциации полиции Портленда. За несколько минут задержали троих журналистов: Кори Элиа, Лесли МакЛам и Джастина Яу.

На видео, которое снял Элиа, видно, что его столкновение с полицией началось, когда он прошел мимо сотрудника полиции Джона Бартлетта, которого он узнал, и упомянул его имя во время трансляции. Офицер Бартлетт выбил телефон из рук Элиа. Несколько минут спустя несколько сотрудников полиции схватили Элиа, бросили его на землю и задержали. Его обвинили по двум эпизодам нападения на полицейского.

Я снимал задержание Элиа и не видел никаких признаков сопротивления. Судите сами:

 

Джастина Яу арестовали в ту же ночь за съемку задержания. На него также завели уголовное дело об участии в массовых беспорядках. Лесли МакЛам также поначалу угрожало уголовное дело, однако окружной прокурор отклонил обвинение. Эти задержания произошли после того, как в течение нескольких недель полиция Портленда нападала на местных журналистов. В ночь 6 июня полицейские неоднократно толкали Сергио Олмоса. В ту же ночь Кори Элиа толкнули в стену и пинали, пока он лежал на земле. На репортера Донована Фарли напали 7 июня, когда он пытался снимать задержание. Сотрудники полиции били его по ногам и наносили удары дубинками, пока он пытался покинуть место событий.

2 июля, менее чем через 48 часов после марша к зданию Ассоциации, окружной судья Майкл Х. Саймон объявил временную ограничительную меру в отношении городских властей Портленда, запретив полиции задерживать или применять силу против кого-бы то ни было, о ком они «знают или должны были знать», что тот является журналистом или законным наблюдателем. Две недели спустя, 16 июля, полиция Портленда задержала местного корреспондента Эндрю Янковски, который освещал демонстрацию.

На данный момент большая часть журналистов Портленда, в том числе и я, судятся с Бюро полиции. Федеральный суд, по-видимому, слегка смягчил их поведение, однако в конечном итоге, судя по всему, степень озлобленности отдельных сотрудников — единственный фактор, который определяет, проведет ли журналист ночь в камере.

На грани тотальной войны 

4 июля, на 39-ю ночь непрерывных протесто в Портленде, перед Центром правосудия и зданием Федерального суда в центре города собрались более тысячи человек. Они стали запускать в бетонные фасады обоих зданий фейерверки, на что последовала реакция полиции и федеральных силовиков, находившихся внутри обоих зданий.

Последовавшие за этим события больше всего напоминали средневековую осаду. Окна обоих правительственных зданий были закрыты фанерой еще за несколько недель до этого, после первых протестов. Находившиеся внутри силовики вели огонь из бойниц, прорезанных в фанере, обстреливая толпу резиновыми и пенопластовыми боеприпасами, а также перцовыми шариками, а в толпе организовывались ряды щитоносцев, которые защищали мужчин и женщин, запускавших в ответ фейерверки. Федеральные силовки поливали улицу слезоточивым газом, однако портлендские радикальные активисты давно утратили страх перед газом. В результате федералы и полиция были вынуждены сделать вылазку и отогнать толпу дубинками.

 

В 2017 году я освещал битву за Мосул. Разумеется, то, что происходило той ночью на улицах Портленда, не было таким кровавым и опасным, как реальный бой. Однако эти условия были так близки к боевым, как это только возможно без применения боевого оружия. Иногда в течение нескольких минут всего в нескольких футах от нас разрывались десятки фейерверков и светошумовых гранат. После этого у меня несколько дней стоял звон в ушах. У меня тряслись руки. Я не мог писать несколько дней.

Вся эта ситуация вызвала первую масштабную реакцию федералов на ночные протесты в Портленде. Она началась в СМИ, когда комиссар Таможенной службы и Пограничного патруля США (Customs and Border Patrol, CBP) Марк Морган назвал в эфире Fox News местных активистов «преступниками».

«Это не протестующие, это преступники, которые собрались и принесли оружие, щиты, бутылки с замороженной водой, камни, лазеры, оружие с целью разрушить федеральное здание и нанести вред сотрудникам правоохранительных органов».

Я не вполне согласен с этим заявлением, поскольку ни Федеральный суд, ни Центр правосудия не могли получить серьезных повреждений от фейерверков. На этом этапе протестов оба здания практически превратились в крепости. До момента, когда федеральные силовики открыли огонь, активисты в парке, по-видимому, скорее хотели запускать фейерверки по Центру правосудия, чтобы устроить шоу для друзей, заточенных внутри.

У меня есть вопросы и к следующему заявлению Моргана:

«Один из преступников, который пытался напасть на одного из сотрудников CBP, когда его задерживали, как сообщается, во время обыска нашли самодельную бомбу — зажигательное устройство с запалом — и мачете. Только подумайте… Подумайте о смертельных последствиях этих преступных действий».

Это особо интересно потому, что исполняющий обязанности заместителя секретаря по внутренней безопасности США опубликовал фотографию «самодельной бомбы».

Можно заметить, что в этой бомбе нет отверстия для запала. Когда я показал фотографию активистам на улице, большинство предположили, что этот предмет был предназначен для разбивания окон. Это представляется весьма вероятным с учетом текста обвинения. Человек с мачете — Эндрю Фолкнер. Его обвиняют в нападении на сотрудника федеральных правоохранительных органов посредством направления лазерной указки ему в лицо. Ни он, ни какие-либо другие протестующие в Портленде, не обвиняются в хранении самодельных взрывных устройств.

Марк Морган назвал этот предмет и другое «оружие» протестующих смертоносным. Однако до сих пор единственный человек, который был близок к смерти в результате протестов, — Донован ЛаБелла. В субботу 111 июля ЛаБелла пришел на один из ночных протестов у Центра правосудия. По словам людей, присутствовавших в ту ночь, общее настроение было подавленное, а толпа — пассивной, но затем федеральные силовики и судебные приставы США начали выбегать из здания, чтобы задерживать и обстреливать протестующих.

На видео ниже видно, как Донован держит над головой колонки. Федеральные силовки стреляют в него каким-то боеприпасом, а он мягко отбрасывает его. Он бросает боеприпас не в силовиков, а просто от себя. После этого один из федеральных силовиков стреляет ему прямо в голову резиновой пулей. Донован мгновенно падает с трещиной в черепе.

Эксперты по применению силы, опрошенные Oregon Live, рассказали, что сотрудник правоохранительных органов наверняка не хотел попасть Доновану в голову, поскольку «высок риск серьезной травмы». Сид Хил, начальник Департамента шерифов Лос-Анджелеса в отставке, заявил: «В этом конкретном случае невозможно найти рациональное основание применения стрельбы на поражение». 18 июля New York Times сообщила об утечке служебной записки Департамента внутренней безопасности, где говорится, что силовики, направленные в Портленд, не обучены работе с протестами и беспорядками.

10 июля, за день до выстрела в Донована, президент США Дональд Трамп поздравил главу Департамента внутренней безопасности Чеда Вульфа с победой над протестным движением в Портленде. На встрече высших офицеров в Дорале, штат Флорида, он похвалил Вульфа, заявив: «Все вышло из под-контроля. Местные не могли справиться, а ваши ребята отлично справляются — так отлично, что пресса не хочет об этом писать».

Однако, разумеется, протесты и беспорядки продолжились, даже после ранения ЛаБеллы. Пока я пишу эту статью, сотни жителей Портленда участвуют в напряженных стычках с федеральными силовиками и полицейскими, как и почти любой ночью, начиная с конца мая. После того, как федеральным силам не удалось прекратить беспорядки, риторика администрации Трампа ужесточилась. Исполняющий обязанности секретаря Вульф посетил Портленд 16 июля. Он назвал протестующих «беззаконными анархистами». В заявлении, опубликованном в тот же день, он написал:

«Здание федерального суда — символ правосудия. Нападение на него — нападение на Америку. Вместо того, чтобы бороться с насильственными преступлениями, местное руководство и власти штата занимаются обвинениями в адрес правоохранителей и требуют сократить присутствие полиции. Такая провальная реакция только раззадорила агрессивную толпу, которая день за днем раскручивает маховик насилия».

Это ложь. За последние несколько недель в Портленде упал уровень преступности, в том числе насильственной. В заявлении и.о. секретаря также присутствует множество других неточностей. В основе заявления лежит список с датами всех предполагаемых преступлений, якобы совершенных протестующими в Портленде, которые в заявлении именуются «агрессивными анархистами». Так, за 5 июля указано: «задержаны еще двое агрессивных анархистов, у одного была, по-видимому, самодельная бомба».

Это довольно хитрое заявление. Указано, что самодельную бомбу нашли «по-видимому», и поэтому умалчивается, что никакой бомбы так и не нашли и никому не предъявили обвинений в хранении бомбы. Несмотря на заявления и.о. секретаря Вульфа, что протестующие постоянно совершают акты насилия, большая часть преступлений, которые он им приписывает, — обычные акты вандализма, например нанесение граффити:

Возможно, в дальнейшем ситуация изменится. Однако до сих пор единственной за последнее время серьезной эскалацией стало появление на улицах Портленда федеральных силовиков в арендованных микроавтобусах, которые задерживают активистов, по-видимому, случайным образом. Эти люди не предъявляют удостоверений, не носят жетонов, нашивок с именами и вообще ничего, что помогло бы их идентифицировать. Этот факт справедливо шокировал американцев по всей стране, однако для протестующих в Портленде в этом нет ничего нового.

Полиция Портленда много недель скрывает свои имена, используя вместо них номера, которые нельзя сопоставить с именами никаким способом, доступным простым гражданам. Против демонстрантов с самого начала действовали сотрудники самых разных правоохранительных структур, правила работы каждой из которых отличаются от алгоритмов полиции. Как заметил в твиттере местный корреспондент Так Вудсток,

«Это естественная эскалация последних семи недель. Вот к чему привели протесты портлендцев против произвола полиции за последние 50 дней: к еще более поразительным примерам произвола полиции. Портлендцы рискуют всем каждый день. Пожалуйста, обратите на это внимание».

По-видимому, именно это портлендская пресса и люди, протестующие на улицах каждую ночь, хотят от других американцев. Пожалуйста, обратите внимание на видео, где сотрудники полиции срывают с лиц людей маски, чтобы прыснуть им из перцового баллончика прямо в лицо. Пожалуйста, обратите внимание на видео, где на земле бьется в конвульсиях Донован ЛаБелла, а из его головы хлещет кровь. И да, пожалуйста, обратите внимание на видео, где неизвестные в полной боевой экипировке похищают активистов с улиц.

Пожалуйста, обратите на это внимание, потому что я уверен, что все это не ограничится Портлендом. Ваш город может стать следующим.